Мы выжили в Мариуполе - рассказ
Jun. 19th, 2022 07:06 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
skysheepМы - трое коренных мариупольчан, которые выжили в осажденном городе и были вывезены из него в российский фильтрационный лагерь 16 апреля 2022 года. Это наша история, наши воспоминания.
24 февраля 22 года, Мариуполь, микрорайон Черемушки.
Этим утром мы собирались на работу и в школу, пили кофе на кухне, было около 7 или 8 часов утра. С этого момента началась война для нас. Я смотрела на чашку с кофе, и вдруг кофе в чашке выгнулся пузырем наружу. Я еще не успела удивиться, как по дому прошла сильная дрожь, дом вздрогнул, и почти одновременно с этим до нас донесся тупой тяжелый звук - бумммм. Как будто земля превратилась в гигантский церковный колокол и какой-то великан ударил в него.
Было не страшно, просто непонятно - что это, кто это, что стряслось? Не то, чтобы мы не следим за новостями, но поверить в то, что нас бомбят, было психологически сложно.
Позднее мы узнали, что это россияне бомбили аэропорт за городом, который от нашего дома километрах в 3-4, и при этой бомбежке погиб мужчина в бывшем колхозе Шлях Ильича. Его привезли в больницу к моей сестре, он прожил еще 2 часа, но спасти не удалось. Про него интересно рассказали: он жил на микрорайоне Восточном, этот район начали обстреливать первым, в 4 часа утра. Тогда семья этого человека села в машину и поехала спасаться на другой конец города, который смотрит в сторону Бердянска. Приехали, выходят из авто, и тут авианалет, осколки...от смерти здесь не сбежишь.
Созвонились с папой и мамой. Папа был на своей работе в частной клинике и посмеивался над всеобщей суетой. Кажется, он не воспринимает всерьез происходящее, шутит и смеется. Папа учился в Москве и очень любит Россию. До него еще не дошло, что она идет нас убивать. А я не могу выдавить из себя эту жестокую истину.
Мама прагматичнее. Она не рефлексирует. Она бегает по магазинам с толпой других тетенек ее лет и азартно скупает продукты длительного хранения. Банки с кукурузой, огурцами, оливками, тунцом, лососем, тушенкой. Этот азарт тоже лекарство от страха, как и непонимание. Я снова молчу и киваю.
По привычке еще пытаюсь смотреть ютюб, с роликами разных умных людей типа Каца о том, что война невыгодна Путину. Я пытаюсь в это поверить. Но не верю. Война уже здесь, за моим окном, пока кто-то пытается рассуждать о ее экономической целесообразности, она просто гремит, просто убивает.
Самая популярная комната в доме сейчас ванная. И дело не в гигиене. Здесь прямая вентилляционная шахта, выходящая на крышу. Отсюда очень хорошо слышно, где идут бои, какой район города обстреливают россияне. Неожиданно для себя я обнаружила, что почти все звуки, которые я угадываю, совпадают с тем направлением, что потом пишут в городском чате. Война - лекарство от топографического кретинизма, но я бы предпочла так не лечиться.
25.02 - 28.02. МАРИУПОЛЬ, ЧЕРЕМУШКИ.
Все эти дни слились в комок времени, я перестала их различать. Как будто один бесконечный день, который длится и длится с короткими перерывами на нервный двухчасовой сон. Переходы от надежды к отчаянию происходят стремительно. То что-то сказали Байден или Джонсон, и теплится надежда, что сейчас все кончится. То опровергли, или не поддержали, или уменьшили, и тонешь в черном отчаянии.
Начал дико тормозить интернет. Провайдер наш, Тринити, дико извиняется на городском телеграм-канале: у них перебиты снарядами россиян 3 оптоволоконных линии связи из 4х, и полгорода теперь ютится на этой еле живой линии . Читая телеграм, хочется орать: люди, вы серьезно, грузите видеоролик весом в 200 метров без описания? Да у меня еле картинки в статике открываются! Пишите текстом, что там такое. Ничего же непонятно.
Мы слышали как наши ПВОшники со второй попытки сбили военный русский самолет, который бомбил село Сартана за городом. Мы слышали как он упал с диким грохотом. Я все время думаю про пилота. Мой покойный дядя был советским военным летчиком, он погиб при исполнении в 1986 году, и я не могу не думать про его сбитого сегодня коллегу. Кем он был, этот парень, окончивший летное училище? Как его звали? Почему он пришел нас убивать? Почему он несколько дней подряд бомбил Сартану? Это же абсолютно мирное греческое село, крошечное, с маленькими частными домиками, в нем нет военных. Я надеюсь, в том аду, в который этот летчик попадет, он будет вечно смотреть на лица расстрелянных и сожженных им людей.
Самое тяжелое то, что привычными делами заниматься уже невозможно, а делать приходится какие-то дикие и странные вещи. Я с грустью смотрю на три мотка чудесной ангорской пряжи цвета морской волны, которые я купила накануне войны. Вязание моя страсть, и все домочадцы посмеиваются над этим. У всех в доме десятки шарфов, шапочек, снудов, носков и варежек. Моя недавняя маленькая мечта - научиться вязать свитер с кельтскими аранами. Кажется, как и все прочие большие и маленькие мечты разных людей в Мариуполе, эта мечта погибла безвозвратно. Мой сын мечтал поехать в Германию, в этом году они начали учить в школе немецкий язык и Андрей стабильно держался в числе первых учеников класса по немецкому.
Как, впрочем, и по русскому. Как объяснить ребенку, имеющему 2 часа русского языка в неделю в школе, что Путин нас бомбит якобы потому, что мы не изучаем русский? Пока еще был интернет, я пыталась обьяснить россиянам, что это ерунда, я совала в их чаты фотографии учебника по русскому языку моего ребенка, его школьные тетради. Все без толку. Они верят свои телеведущим, которые никогда не были у нас. Они не верят нам.
Мне теперь кажутся такими смешными и нелепыми все якобы трудности мирной жизни, которые волновали еще несколько дней назад. Все ссоры не стоили выеденного яйца. Ребенок тоже так чувствует. Примерно за неделю до войны, т.е. миллион лет тому назад, он капризничал, не желая делать уроки по английскому. Говорит сегодня: мам, я бы сейчас выучил не 30, а 300 слов из английского, только бы этот кошмар кончился.
В магазинах заметно поредел ассортимент продуктов. Первыми раскупили хлеб, колбасы, сыры, воду в бутылках и фрукты. Говорят, мэрия будет оплачивать какой-то социальный хлеб по низкой цене. Но где его купить никто не знает. И что такое низкая цена тоже никто не знает. Люди видели хлеб по 103 гривны за буханку, это уму непостижимо, еще неделю назад она стоила от 12 гривен до 20.
Цены неравномерны. Одни предприниматели их стараются сильно не задирать, а другие пользуются бедой и загоняют в 3-4 раза от довоенной стоимости. В сети пишут, что этим особенно страдает сеть магазинов "Ева", торгующая предметами гигиены. Не знаю, правда ли это, я купила мыло и стиральный порошок еще накануне войны.
В городе ходит мрачная шутка:
- Гром гремит, земля трясется - это русский мир несется.
Началась третья мировая война, без сомнения. Мне кажется, судя по новостям, не осталось в мире никого, от США до Микронезии, кто не выразил бы своего отношения к этой войне и не принял одну из сторон. Говорят, Венгрия поддержала Россию. Зато нас поддержали почти все остальные страны мира, спасибо им за солидарность.
Снимаем со стен нашей квартиры картины и гравюры со стеклом, зеркала, часы, барометры и книги с высоких стеллажей. Так велели делать на гражданской обороне. Спрятали за шкаф гравюру со старым Лондонским мостом, под кровать - пейзаж с венецианским Риальто. Зеркала спрятали под диван. Если они и разлетятся на куски, так от них будет меньше вреда.
Я пытаюсь скрывать от ребенка, что ситуация отчаянная, но, кажется, он сам догадался. Не понимаю, как разыгрывать оптимизм.
Спали в эти ночи в ванной на полу. Подстелив на пол коврики для йоги и лоскутные одеяла. Укрывались одеялами, и все равно так спать очень холодно. Зуб на зуб не попадает. Мрачный совет: заранее купите зимний матрас подходящего для вашей ванной размера. Вдруг вас начнут бомбить, и спать придется в ванной комнате? Меня тоже к такому жизнь не готовила.
Это мой ребенок и его рисунок.
Знакомьтесь, Андрей, он же Тигр, он же Эндрю, 11 лет, ученик 5 класса.
Ночь на 1 марта. Мариуполь, Черемушки.
Самая жуткая ночь в моей жизни. Во всем городе выключилось электричество. Россияне прицельно шарашат по инфраструктуре города. Еще в обед поврежденных подстанций было 34, к вечеру их стало уже 88. Среди них две крупнейшие, "Город-1" и "Город-8".
Я выглянула в окно в попытке найти хоть пятнышко света или фонарь, но нет, весь город как будто исчез, потонул в кромешной тьме. Наверное, это правильно, светомаскировка и все такое, но выглядит это предельно жутко. Я не могу отделаться от тяжелого ощущения, что город как будто бы стерло темнотой.
За окном два часа подряд орет дурниной внезапная сова. Это непонятно и пугающе. Мне кажется, живое существо так орать не может, через такие ровные промежутки времени, и так долго, занудно. Как будто в фильмах пр Фенимору Куперу какие-то индейцы подают друг другу сигналы голосами птиц. Неприятно и тоскливо. Я читала в сети, что в Киеве тоже таких сов слышали перед обстрелами, а вот теперь оно у нас. Да нет, это не сова, это явно какой-то маяк. Я швыряла в открытое окно кухни разные предметы: старые тапки, коробки от сигарет, банки. Но звук не изменился ни на мгновенье. Живая сова, наверное, испугалась бы и улетела? Может, я параноик, но, имхо, ни хрена это не сова, а какой-то хитрый радиомаяк. Непонятно, где именно он закреплен и как его подавить. Темно, хоть глаз выколи. Небо в тучах, даже света звезд нет. Мне срочно нужен фиал Галадриэли, я тут с ума сойду в этой черноте с орущей птицей.
На меня накатил приступ полузабытой клаустрофобии. Кажется, что лежишь в могиле, похороненный заживо, так черно и беспросветно все вокруг. Молились, чтобы возник хоть лучик света.
Он возник! Но напугал еще больше, чем чернота. По краям окон снаружи шарили лучи фонариков, проникая в спальню. Тяжелые армейские ботинки прогрохотали за окном. Я услышала мужские голоса, почти шепотом, слов не разобрать. Свои? Русские? Непонятно. У меня есть крошечный револьвер системы Флобер, на 9 комор. Я зарядила его с вечера и сунула под подушку. Рядом спит ребенок. Я слушала разговоры каких-то мужчин за окном и сжимала деревянную рукоять револьвера. А вдруг это уже мародеры? Мой первый этаж без решеток и с низким цоколем - слишком заманчивая добыча.
Потом люди в тяжелых ботинках побежали куда-то вдаль, издали до меня донеслись крики, автоматные очереди и дикий лай собак в частных домах. Я лежала с колотящимся сердцем, сжимая в руке револьвер, и так уснула с ним.
Утром оказалось, что то были люди из военной комендатуры города, они ловили диверсантов. Час от часу не легче. Диверсанты из России ставят какие-то мерцающие радиомаяки на домах, которые, по их мнению, следует разбомбить. В нашем районе метку поставили на жилой многоквартирный дом через три улицы от нас, на квартале Азовье. Говорят, там когда-то снимали квартиры военные из Азова. Неизвестно, живут ли они до сих пор в тех арендных квартирах, но во всех 120 квартирах этого дома много женщин, детей, стариков.
Сосед наш Иванов, дядя Гена, очень пожилой дядечка, считает, что свет выключили городские власти, потому что массово народ плевать хотел на просьбы соблюдать светомаскировку. Светомаскировка - это очень старое слово, из книг про Великую Отечественную войну, которые мы читали в детстве, типа "Юрка Гусь" Вильяма Козлова. Это слово означает, что после наступления темноты в окнах не должно быть ни лучика света. Считается, что при ночных авианалетах летчики ориентируются на эти световые пятна в окнах и по ним кидают бомбы. Я не стала спорить, хотя думаю, что дядя Гена ошибается. Света нет потому, что россияне разбомбили в городе 88 подстанций. Оставшиеся, если они остались, явно не справляются с нагрузкой.
Говорят, сегодня россияне бомбили наш Приморский парк. Сосед созванивался со своей сестрой, живущей в том районе. В парке стоит телевышка, к тому же она как елка увешана ретрансляторами мобильной связи. Видимо, это "вкусная" цель с точки зрения военной логики.
1 марта 22 года, Мариуполь, Черемушки (днем)
С отцом у меня связь потеряна со вчера. Бомбили район плавбассейна "Нептун" рядом с их клиникой, где папа работает травматологом, и с тех пор ничего не известно. Мобильная сеть лежит, не дозвониться, автобусы не ходят, а пешком это другой конец города. Надеюсь, папенька уже понял, что дела нешуточные и избавился от иллюзий про россиян.
Мама и сестра сидят в своей квартире и боятся идти на работу, сестра в больницу Водников, мама на скорую помощь. Транспорт никакой не ходит. А ходьбы минимум час по обстреливаемому пространству. Обещали, вроде, какие-то микроавтобусы для развозки сотрудников скорой помощи, но до Черемушек они так и не доехали.
Ждать смерти очень тяжело. Бежать нам некуда, город в полном окружении. И даже за морем от нас только Россия, вплавь тоже не выбраться, оно уже со всех сторон.
Машина наша стоит в гаражах за домом номер 26 по Новороссийской, но ходить туда сейчас безумие. В балку за гаражами приехали военные, ставят какие-то свои машины. Дмитро хотел сгонять за машиной по-быстрому, но я его отговорила. В той стороне работают какие-то военные агрегаты или что, я не знаю, но звуки от них впечатляющие. А это они еще даже не стреляли ничем. Мы лежим с тигром на полу в коридоре, и вибрация от этих военных машин проходит в позвоночник с пола. Вспоминаются книги Жюля Верна, кажется, что внутри вся земля это какой-то сложный инженерный механизм со множеством шестеренок, и я всем телом ощущаю их работу. Ну и плюс к тому - а куда ее деть, если забрать с гаражей, машину-то? Бензина в баке почти нет. У подьезда ставить нельзя, так сказали на гражданской обороне. А куда тогда ее девать? Пусть стоит, будь что будет. Все равно на АЗС очереди как в Мавзолей, у кого есть время торчать в очередях столько времени? Наверное, если есть куда выехать из города, то можно и постоять там. Но нам особо некуда ехать. Есть очень дальние родственники в Полтавской области и еще более далекие - в Хмельницкой, но сваливаться им как снег на голову неудобно и неприлично. Пока еще ситуация не выглядит такой опасной, чтобы валить свет за очи. Мы решили ждать, это же наш город. Почему мы должны отсюда бежать, я не понимаю.
Еще на гражданской обороне сказали заклеивать окна и стекло в дверях скотчем, крест накрест или снежинкой. Хорошо, что у нас дома скотча около 10 мотков. Потому что его мгновенно возвели в ранг дефицита. Клеим, клеим. У меня 3 больших окна, два маленьких, и две межкомнатные двери почти целиком из стекла. Скотча ушло на это все 4 мотка. Еще моток мы подарили пожилой соседке.
В 11.40 появился свет. Я быстренько включила стиралку, перестирала кухонные полотенца, нательное белье и шапку тигра. В сети пишут, что перебит большой водовод, и скоро вода кончится, если нас не переведут на резервный водозабор в поселке Старый Крым. Я бросилась на всякий случай запасать воду. Наполнила водой все емкости, которые были дома в наличии: баклаги, кастрюли, ведра, банки, миски, молочный бидон, даже чашу от мультиварки. Мы приняли душ, и потом набрали воду в ванну до краев. Вроде, нормальный запас? Посмотрим.
2 марта. Мариуполь, Черемушки.
В доме кошмарно холодно. Отопления нет уже несколько дней, а за оконом +2°. Вчера было +18 в комнате, сегодня температура упала до +16°С. Остывание дома прекратить никак нельзя: в отсутствие интернета, мобильной связи, приходится общаться с соседями через открытые окна домов. Многие боятся выходить наружу и перекрикиваемся через окна. Наползает зябкость и сырой воздух. В воздухе пахнет чем-то неприятным, какая-то гарь, но не как от костра, а с ощутимым привкусом химии какой-то. Ветер тянет ее с полей за городом, за кварталом Азовье, со стороны шлакоблочного завода и дороги на Мангуш. Там громыхают бои. Мы слышим их слишком хорошо.
Я поднялась на 5ый этаж и постучала к соседям, чьи окна выходят на сторону полей и мангушской дороги. Это супружеская пара немолодых армян, Светлана и Андрей. Мы немного приятельствуем и вежливо раскланиваемся на лестнице, но до сих пор по гостям друг к другу не ходили. Однако, время неординарное, и я решила внаглую попроситься на их балкон. При себе у меня Canon с 64-кратным зумом. Ужасно интересно, что там вообще творится с той стороны, чья взяла и кто кого. Непонятно же совсем ничего. Света и Андрей любезно позволили мне выйти на их балкончик. Я вывела настройки зума на максимум. Мешает снимать полоса ветрозащиты на холме. За ней явно какое-то шевеление происходит, мне кажется, я видела силуэт танка. Но чей это танк и что к чему - непонятно. Жаль. В условиях информационного вакуума очень хотелось раздобыть хоть какие-то сведения.
Позднее, пару часов подряд, мы баррикадировали окна и укрепляли внутренние межкомнатные двери планочками, снятыми с детской кроватки. Это, конечно, так себе защита. Но хотя бы уменьшит разлет осколков стекла. На окна мы поставили толстые ортопедические матрасы, снятые с наших кроватей. В гостиной - с большой двуспалки, а в спальне с детской кровати. Закрепили их веревками, натянутыми между стояков отопления. Придвинули шкафы к окнам и шкафами подперли матрасы от падения. От снаряда это не защитит, конечно же, но по идее, должно уберечь от разлета стекла и хотя бы некоторых осколков. По идее...
После того, как мы окна забаррикадировали, стало очень темно в доме. У нас есть фонарики, но запас батареек невелик, а мы уже распечатали одну из наших пачек. После того, как исчезла мобильная связь, электричество, интернет, нашим единственным источником внешнего мира стал крошечный плеер с FM-радио, купленный лет 20 назад и лежавший все это время в шкафу. И ему тоже нужны батарейки. Надо их как-то начинать экономить.
Приемник ловит две волны, обе киевские. Местные радиостанции молчат белым шумом. Из радиопрограммы мы узнали, что все дипломаты мира при выступлении Лаврова в ООН встали и покинули зал, не пожелав его слушать. Я бы тоже не пожелала. Это удивительно лживый неприятный мужчина.
Прозвучало слово "геноцид". До сих пор оно ассоциировалось у меня со школьным курсом истории про Руанду, геноцид племен туту и хутси. Теперь это говорят о нас. Как странно и страшно понимать, что ни до кого не достучишься. Что нас, в общем-то, обычных людей, со своими маленькими проблемами, мечтами, радостями и горестями, вдруг решила размолотить в пыль чудовищная машина войны. А за что? Чтобы что и кому доказать? Почему вообще надо что-то доказывать миру, играя нашими жизнями?
Я постоянно мерзну. Все время. У меня и без того низкое давление, примерно 95/65, а в доме ужасающе холодно, и спальня небезопасна при обстреле. Приходится спать в ванной и вся жизнь дома сместила фокус в коридор у входной двери, где туалет и ванная комната обеспечивают более или менее безопасный закуток от стекла и осколков снарядов. По крайней мере, в сети пишут, что это самые безопасные места квартир. Я начинаю в этом сомневаться. Чем больше я лежу на полу в коридоре, тем сильнее и сомневаюсь. Сегодня Дмитро разговаривал с соседями через кухонное окно, и сквозняком распахнуло кухонную дверь в коридор. Стало стремно. Это же просто ветер, а не взрывная волна. А если бы взрывная волна? Короче, меня терзают смутные сомненья.
Продолжение следует
https://t.me/myvyjilu/5
24 февраля 22 года, Мариуполь, микрорайон Черемушки.
Этим утром мы собирались на работу и в школу, пили кофе на кухне, было около 7 или 8 часов утра. С этого момента началась война для нас. Я смотрела на чашку с кофе, и вдруг кофе в чашке выгнулся пузырем наружу. Я еще не успела удивиться, как по дому прошла сильная дрожь, дом вздрогнул, и почти одновременно с этим до нас донесся тупой тяжелый звук - бумммм. Как будто земля превратилась в гигантский церковный колокол и какой-то великан ударил в него.
Было не страшно, просто непонятно - что это, кто это, что стряслось? Не то, чтобы мы не следим за новостями, но поверить в то, что нас бомбят, было психологически сложно.
Позднее мы узнали, что это россияне бомбили аэропорт за городом, который от нашего дома километрах в 3-4, и при этой бомбежке погиб мужчина в бывшем колхозе Шлях Ильича. Его привезли в больницу к моей сестре, он прожил еще 2 часа, но спасти не удалось. Про него интересно рассказали: он жил на микрорайоне Восточном, этот район начали обстреливать первым, в 4 часа утра. Тогда семья этого человека села в машину и поехала спасаться на другой конец города, который смотрит в сторону Бердянска. Приехали, выходят из авто, и тут авианалет, осколки...от смерти здесь не сбежишь.
Созвонились с папой и мамой. Папа был на своей работе в частной клинике и посмеивался над всеобщей суетой. Кажется, он не воспринимает всерьез происходящее, шутит и смеется. Папа учился в Москве и очень любит Россию. До него еще не дошло, что она идет нас убивать. А я не могу выдавить из себя эту жестокую истину.
Мама прагматичнее. Она не рефлексирует. Она бегает по магазинам с толпой других тетенек ее лет и азартно скупает продукты длительного хранения. Банки с кукурузой, огурцами, оливками, тунцом, лососем, тушенкой. Этот азарт тоже лекарство от страха, как и непонимание. Я снова молчу и киваю.
По привычке еще пытаюсь смотреть ютюб, с роликами разных умных людей типа Каца о том, что война невыгодна Путину. Я пытаюсь в это поверить. Но не верю. Война уже здесь, за моим окном, пока кто-то пытается рассуждать о ее экономической целесообразности, она просто гремит, просто убивает.
Самая популярная комната в доме сейчас ванная. И дело не в гигиене. Здесь прямая вентилляционная шахта, выходящая на крышу. Отсюда очень хорошо слышно, где идут бои, какой район города обстреливают россияне. Неожиданно для себя я обнаружила, что почти все звуки, которые я угадываю, совпадают с тем направлением, что потом пишут в городском чате. Война - лекарство от топографического кретинизма, но я бы предпочла так не лечиться.
25.02 - 28.02. МАРИУПОЛЬ, ЧЕРЕМУШКИ.
Все эти дни слились в комок времени, я перестала их различать. Как будто один бесконечный день, который длится и длится с короткими перерывами на нервный двухчасовой сон. Переходы от надежды к отчаянию происходят стремительно. То что-то сказали Байден или Джонсон, и теплится надежда, что сейчас все кончится. То опровергли, или не поддержали, или уменьшили, и тонешь в черном отчаянии.
Начал дико тормозить интернет. Провайдер наш, Тринити, дико извиняется на городском телеграм-канале: у них перебиты снарядами россиян 3 оптоволоконных линии связи из 4х, и полгорода теперь ютится на этой еле живой линии . Читая телеграм, хочется орать: люди, вы серьезно, грузите видеоролик весом в 200 метров без описания? Да у меня еле картинки в статике открываются! Пишите текстом, что там такое. Ничего же непонятно.
Мы слышали как наши ПВОшники со второй попытки сбили военный русский самолет, который бомбил село Сартана за городом. Мы слышали как он упал с диким грохотом. Я все время думаю про пилота. Мой покойный дядя был советским военным летчиком, он погиб при исполнении в 1986 году, и я не могу не думать про его сбитого сегодня коллегу. Кем он был, этот парень, окончивший летное училище? Как его звали? Почему он пришел нас убивать? Почему он несколько дней подряд бомбил Сартану? Это же абсолютно мирное греческое село, крошечное, с маленькими частными домиками, в нем нет военных. Я надеюсь, в том аду, в который этот летчик попадет, он будет вечно смотреть на лица расстрелянных и сожженных им людей.
Самое тяжелое то, что привычными делами заниматься уже невозможно, а делать приходится какие-то дикие и странные вещи. Я с грустью смотрю на три мотка чудесной ангорской пряжи цвета морской волны, которые я купила накануне войны. Вязание моя страсть, и все домочадцы посмеиваются над этим. У всех в доме десятки шарфов, шапочек, снудов, носков и варежек. Моя недавняя маленькая мечта - научиться вязать свитер с кельтскими аранами. Кажется, как и все прочие большие и маленькие мечты разных людей в Мариуполе, эта мечта погибла безвозвратно. Мой сын мечтал поехать в Германию, в этом году они начали учить в школе немецкий язык и Андрей стабильно держался в числе первых учеников класса по немецкому.
Как, впрочем, и по русскому. Как объяснить ребенку, имеющему 2 часа русского языка в неделю в школе, что Путин нас бомбит якобы потому, что мы не изучаем русский? Пока еще был интернет, я пыталась обьяснить россиянам, что это ерунда, я совала в их чаты фотографии учебника по русскому языку моего ребенка, его школьные тетради. Все без толку. Они верят свои телеведущим, которые никогда не были у нас. Они не верят нам.
Мне теперь кажутся такими смешными и нелепыми все якобы трудности мирной жизни, которые волновали еще несколько дней назад. Все ссоры не стоили выеденного яйца. Ребенок тоже так чувствует. Примерно за неделю до войны, т.е. миллион лет тому назад, он капризничал, не желая делать уроки по английскому. Говорит сегодня: мам, я бы сейчас выучил не 30, а 300 слов из английского, только бы этот кошмар кончился.
В магазинах заметно поредел ассортимент продуктов. Первыми раскупили хлеб, колбасы, сыры, воду в бутылках и фрукты. Говорят, мэрия будет оплачивать какой-то социальный хлеб по низкой цене. Но где его купить никто не знает. И что такое низкая цена тоже никто не знает. Люди видели хлеб по 103 гривны за буханку, это уму непостижимо, еще неделю назад она стоила от 12 гривен до 20.
Цены неравномерны. Одни предприниматели их стараются сильно не задирать, а другие пользуются бедой и загоняют в 3-4 раза от довоенной стоимости. В сети пишут, что этим особенно страдает сеть магазинов "Ева", торгующая предметами гигиены. Не знаю, правда ли это, я купила мыло и стиральный порошок еще накануне войны.
В городе ходит мрачная шутка:
- Гром гремит, земля трясется - это русский мир несется.
Началась третья мировая война, без сомнения. Мне кажется, судя по новостям, не осталось в мире никого, от США до Микронезии, кто не выразил бы своего отношения к этой войне и не принял одну из сторон. Говорят, Венгрия поддержала Россию. Зато нас поддержали почти все остальные страны мира, спасибо им за солидарность.
Снимаем со стен нашей квартиры картины и гравюры со стеклом, зеркала, часы, барометры и книги с высоких стеллажей. Так велели делать на гражданской обороне. Спрятали за шкаф гравюру со старым Лондонским мостом, под кровать - пейзаж с венецианским Риальто. Зеркала спрятали под диван. Если они и разлетятся на куски, так от них будет меньше вреда.
Я пытаюсь скрывать от ребенка, что ситуация отчаянная, но, кажется, он сам догадался. Не понимаю, как разыгрывать оптимизм.
Спали в эти ночи в ванной на полу. Подстелив на пол коврики для йоги и лоскутные одеяла. Укрывались одеялами, и все равно так спать очень холодно. Зуб на зуб не попадает. Мрачный совет: заранее купите зимний матрас подходящего для вашей ванной размера. Вдруг вас начнут бомбить, и спать придется в ванной комнате? Меня тоже к такому жизнь не готовила.
Это мой ребенок и его рисунок.
Знакомьтесь, Андрей, он же Тигр, он же Эндрю, 11 лет, ученик 5 класса.
Ночь на 1 марта. Мариуполь, Черемушки.
Самая жуткая ночь в моей жизни. Во всем городе выключилось электричество. Россияне прицельно шарашат по инфраструктуре города. Еще в обед поврежденных подстанций было 34, к вечеру их стало уже 88. Среди них две крупнейшие, "Город-1" и "Город-8".
Я выглянула в окно в попытке найти хоть пятнышко света или фонарь, но нет, весь город как будто исчез, потонул в кромешной тьме. Наверное, это правильно, светомаскировка и все такое, но выглядит это предельно жутко. Я не могу отделаться от тяжелого ощущения, что город как будто бы стерло темнотой.
За окном два часа подряд орет дурниной внезапная сова. Это непонятно и пугающе. Мне кажется, живое существо так орать не может, через такие ровные промежутки времени, и так долго, занудно. Как будто в фильмах пр Фенимору Куперу какие-то индейцы подают друг другу сигналы голосами птиц. Неприятно и тоскливо. Я читала в сети, что в Киеве тоже таких сов слышали перед обстрелами, а вот теперь оно у нас. Да нет, это не сова, это явно какой-то маяк. Я швыряла в открытое окно кухни разные предметы: старые тапки, коробки от сигарет, банки. Но звук не изменился ни на мгновенье. Живая сова, наверное, испугалась бы и улетела? Может, я параноик, но, имхо, ни хрена это не сова, а какой-то хитрый радиомаяк. Непонятно, где именно он закреплен и как его подавить. Темно, хоть глаз выколи. Небо в тучах, даже света звезд нет. Мне срочно нужен фиал Галадриэли, я тут с ума сойду в этой черноте с орущей птицей.
На меня накатил приступ полузабытой клаустрофобии. Кажется, что лежишь в могиле, похороненный заживо, так черно и беспросветно все вокруг. Молились, чтобы возник хоть лучик света.
Он возник! Но напугал еще больше, чем чернота. По краям окон снаружи шарили лучи фонариков, проникая в спальню. Тяжелые армейские ботинки прогрохотали за окном. Я услышала мужские голоса, почти шепотом, слов не разобрать. Свои? Русские? Непонятно. У меня есть крошечный револьвер системы Флобер, на 9 комор. Я зарядила его с вечера и сунула под подушку. Рядом спит ребенок. Я слушала разговоры каких-то мужчин за окном и сжимала деревянную рукоять револьвера. А вдруг это уже мародеры? Мой первый этаж без решеток и с низким цоколем - слишком заманчивая добыча.
Потом люди в тяжелых ботинках побежали куда-то вдаль, издали до меня донеслись крики, автоматные очереди и дикий лай собак в частных домах. Я лежала с колотящимся сердцем, сжимая в руке револьвер, и так уснула с ним.
Утром оказалось, что то были люди из военной комендатуры города, они ловили диверсантов. Час от часу не легче. Диверсанты из России ставят какие-то мерцающие радиомаяки на домах, которые, по их мнению, следует разбомбить. В нашем районе метку поставили на жилой многоквартирный дом через три улицы от нас, на квартале Азовье. Говорят, там когда-то снимали квартиры военные из Азова. Неизвестно, живут ли они до сих пор в тех арендных квартирах, но во всех 120 квартирах этого дома много женщин, детей, стариков.
Сосед наш Иванов, дядя Гена, очень пожилой дядечка, считает, что свет выключили городские власти, потому что массово народ плевать хотел на просьбы соблюдать светомаскировку. Светомаскировка - это очень старое слово, из книг про Великую Отечественную войну, которые мы читали в детстве, типа "Юрка Гусь" Вильяма Козлова. Это слово означает, что после наступления темноты в окнах не должно быть ни лучика света. Считается, что при ночных авианалетах летчики ориентируются на эти световые пятна в окнах и по ним кидают бомбы. Я не стала спорить, хотя думаю, что дядя Гена ошибается. Света нет потому, что россияне разбомбили в городе 88 подстанций. Оставшиеся, если они остались, явно не справляются с нагрузкой.
Говорят, сегодня россияне бомбили наш Приморский парк. Сосед созванивался со своей сестрой, живущей в том районе. В парке стоит телевышка, к тому же она как елка увешана ретрансляторами мобильной связи. Видимо, это "вкусная" цель с точки зрения военной логики.
1 марта 22 года, Мариуполь, Черемушки (днем)
С отцом у меня связь потеряна со вчера. Бомбили район плавбассейна "Нептун" рядом с их клиникой, где папа работает травматологом, и с тех пор ничего не известно. Мобильная сеть лежит, не дозвониться, автобусы не ходят, а пешком это другой конец города. Надеюсь, папенька уже понял, что дела нешуточные и избавился от иллюзий про россиян.
Мама и сестра сидят в своей квартире и боятся идти на работу, сестра в больницу Водников, мама на скорую помощь. Транспорт никакой не ходит. А ходьбы минимум час по обстреливаемому пространству. Обещали, вроде, какие-то микроавтобусы для развозки сотрудников скорой помощи, но до Черемушек они так и не доехали.
Ждать смерти очень тяжело. Бежать нам некуда, город в полном окружении. И даже за морем от нас только Россия, вплавь тоже не выбраться, оно уже со всех сторон.
Машина наша стоит в гаражах за домом номер 26 по Новороссийской, но ходить туда сейчас безумие. В балку за гаражами приехали военные, ставят какие-то свои машины. Дмитро хотел сгонять за машиной по-быстрому, но я его отговорила. В той стороне работают какие-то военные агрегаты или что, я не знаю, но звуки от них впечатляющие. А это они еще даже не стреляли ничем. Мы лежим с тигром на полу в коридоре, и вибрация от этих военных машин проходит в позвоночник с пола. Вспоминаются книги Жюля Верна, кажется, что внутри вся земля это какой-то сложный инженерный механизм со множеством шестеренок, и я всем телом ощущаю их работу. Ну и плюс к тому - а куда ее деть, если забрать с гаражей, машину-то? Бензина в баке почти нет. У подьезда ставить нельзя, так сказали на гражданской обороне. А куда тогда ее девать? Пусть стоит, будь что будет. Все равно на АЗС очереди как в Мавзолей, у кого есть время торчать в очередях столько времени? Наверное, если есть куда выехать из города, то можно и постоять там. Но нам особо некуда ехать. Есть очень дальние родственники в Полтавской области и еще более далекие - в Хмельницкой, но сваливаться им как снег на голову неудобно и неприлично. Пока еще ситуация не выглядит такой опасной, чтобы валить свет за очи. Мы решили ждать, это же наш город. Почему мы должны отсюда бежать, я не понимаю.
Еще на гражданской обороне сказали заклеивать окна и стекло в дверях скотчем, крест накрест или снежинкой. Хорошо, что у нас дома скотча около 10 мотков. Потому что его мгновенно возвели в ранг дефицита. Клеим, клеим. У меня 3 больших окна, два маленьких, и две межкомнатные двери почти целиком из стекла. Скотча ушло на это все 4 мотка. Еще моток мы подарили пожилой соседке.
В 11.40 появился свет. Я быстренько включила стиралку, перестирала кухонные полотенца, нательное белье и шапку тигра. В сети пишут, что перебит большой водовод, и скоро вода кончится, если нас не переведут на резервный водозабор в поселке Старый Крым. Я бросилась на всякий случай запасать воду. Наполнила водой все емкости, которые были дома в наличии: баклаги, кастрюли, ведра, банки, миски, молочный бидон, даже чашу от мультиварки. Мы приняли душ, и потом набрали воду в ванну до краев. Вроде, нормальный запас? Посмотрим.
2 марта. Мариуполь, Черемушки.
В доме кошмарно холодно. Отопления нет уже несколько дней, а за оконом +2°. Вчера было +18 в комнате, сегодня температура упала до +16°С. Остывание дома прекратить никак нельзя: в отсутствие интернета, мобильной связи, приходится общаться с соседями через открытые окна домов. Многие боятся выходить наружу и перекрикиваемся через окна. Наползает зябкость и сырой воздух. В воздухе пахнет чем-то неприятным, какая-то гарь, но не как от костра, а с ощутимым привкусом химии какой-то. Ветер тянет ее с полей за городом, за кварталом Азовье, со стороны шлакоблочного завода и дороги на Мангуш. Там громыхают бои. Мы слышим их слишком хорошо.
Я поднялась на 5ый этаж и постучала к соседям, чьи окна выходят на сторону полей и мангушской дороги. Это супружеская пара немолодых армян, Светлана и Андрей. Мы немного приятельствуем и вежливо раскланиваемся на лестнице, но до сих пор по гостям друг к другу не ходили. Однако, время неординарное, и я решила внаглую попроситься на их балкон. При себе у меня Canon с 64-кратным зумом. Ужасно интересно, что там вообще творится с той стороны, чья взяла и кто кого. Непонятно же совсем ничего. Света и Андрей любезно позволили мне выйти на их балкончик. Я вывела настройки зума на максимум. Мешает снимать полоса ветрозащиты на холме. За ней явно какое-то шевеление происходит, мне кажется, я видела силуэт танка. Но чей это танк и что к чему - непонятно. Жаль. В условиях информационного вакуума очень хотелось раздобыть хоть какие-то сведения.
Позднее, пару часов подряд, мы баррикадировали окна и укрепляли внутренние межкомнатные двери планочками, снятыми с детской кроватки. Это, конечно, так себе защита. Но хотя бы уменьшит разлет осколков стекла. На окна мы поставили толстые ортопедические матрасы, снятые с наших кроватей. В гостиной - с большой двуспалки, а в спальне с детской кровати. Закрепили их веревками, натянутыми между стояков отопления. Придвинули шкафы к окнам и шкафами подперли матрасы от падения. От снаряда это не защитит, конечно же, но по идее, должно уберечь от разлета стекла и хотя бы некоторых осколков. По идее...
После того, как мы окна забаррикадировали, стало очень темно в доме. У нас есть фонарики, но запас батареек невелик, а мы уже распечатали одну из наших пачек. После того, как исчезла мобильная связь, электричество, интернет, нашим единственным источником внешнего мира стал крошечный плеер с FM-радио, купленный лет 20 назад и лежавший все это время в шкафу. И ему тоже нужны батарейки. Надо их как-то начинать экономить.
Приемник ловит две волны, обе киевские. Местные радиостанции молчат белым шумом. Из радиопрограммы мы узнали, что все дипломаты мира при выступлении Лаврова в ООН встали и покинули зал, не пожелав его слушать. Я бы тоже не пожелала. Это удивительно лживый неприятный мужчина.
Прозвучало слово "геноцид". До сих пор оно ассоциировалось у меня со школьным курсом истории про Руанду, геноцид племен туту и хутси. Теперь это говорят о нас. Как странно и страшно понимать, что ни до кого не достучишься. Что нас, в общем-то, обычных людей, со своими маленькими проблемами, мечтами, радостями и горестями, вдруг решила размолотить в пыль чудовищная машина войны. А за что? Чтобы что и кому доказать? Почему вообще надо что-то доказывать миру, играя нашими жизнями?
Я постоянно мерзну. Все время. У меня и без того низкое давление, примерно 95/65, а в доме ужасающе холодно, и спальня небезопасна при обстреле. Приходится спать в ванной и вся жизнь дома сместила фокус в коридор у входной двери, где туалет и ванная комната обеспечивают более или менее безопасный закуток от стекла и осколков снарядов. По крайней мере, в сети пишут, что это самые безопасные места квартир. Я начинаю в этом сомневаться. Чем больше я лежу на полу в коридоре, тем сильнее и сомневаюсь. Сегодня Дмитро разговаривал с соседями через кухонное окно, и сквозняком распахнуло кухонную дверь в коридор. Стало стремно. Это же просто ветер, а не взрывная волна. А если бы взрывная волна? Короче, меня терзают смутные сомненья.
Продолжение следует
https://t.me/myvyjilu/5
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2022-06-19 11:16 pm (UTC)